(Начало повести >>>>)

На четвертый день голодовки Бибо поймал на себе странный мимолетный взгляд Чертоги. Это был какой-то необычный взгляд, оценивающий. Капитан будто что-то прикидывал в уме относительно Хапкиса. Еще через два дня блеск в его глазах усилился. Чертога уже не мог сдержаться, когда смотрел в сторону адъютанта. Что-то мрачное и дикое выплескивалось из глубин его сознания. Впрочем, голодный Бибо мало что замечал.

- Тан капитан, неужто нас бросили? – ныл он у костра.

- Ну что ты, малыш! – успокаивал Чертога, при этом ноздри его хищно раздувались. - Нас не бросили, Нолландс просто тянет время, хочет получить побольше, скотина. Придется потерпеть, но я ему это припомню, видит бог…

- А, может, нам самим проникнуть в Линдон? Он же за лесом, недалеко.

- Если бы все было так просто… Там крепостной вал вдоль границы и охрана, у которой приказ – стрелять во все, что не может сказать пароль. Но, допустим, извернулись мышками, проникли через щелочку внутрь, а дальше? Ты похож на эльфа? Или хотя бы на гоблина, коих сейчас в Линдоне, как крыс? Я – тоже нет… Нас арестует первый же патруль. Золото и вещи конфискуют, а мы, в лучшем случае, рудокопами в шахту за незаконное проникновение. Такие у них нынче порядки… Нужна охранная грамота.

- Но, тан капитан, они же обещали нам свободный вход в ЭС, помните, после революции? Сам эльфийский посол на баррикадах вещал!

- Так вход и так свободный. Представь поручительства, заплати пошлину, покажи деньги на проживание, получи охранную грамоту с печатью и заходи! Если не завернут на границе…

- А иначе никак?

Бибо совсем упал духом.

- Зачем я только бежал? – всхлипывал он. – Может, меня бы простили, а? Я же ни в чем не виноват!

Капитан захохотал.

- Ни в чем не виноват! А кто виноват? Кто? Я, что ли? Рассказать тебе, как я три года провел на каторге? Безвинно!

- Вы были на каторге? – Бибо на время прекратил нытье.

- А как же… В Рохане, чтоб он развалился! – Чертога грязно выругался. – Я сам родом из Землеройска, из семьи военных. После гимназии отец отправил в Эдорас, учиться ратному делу. Империи были нужны солдаты. Я времени не терял, за двадцать лет службы сделал отличную карьеру, хоббитов в армии ценили, может, в бою мы не самые сильные, зато со всеми в хороших отношениях, умеем быт наладить, кухню, подарки начальству… В общем, как только Империя рухнула, хаос начался, развал повсеместный, я все свои умения и связи подключил и проник на самый верх, аж голова закружилась от перспектив. У правителя роханского Эльсинора правой рукой стал. А левой - проклятый Паутин! Хоть и не хоббит, а змея та еще, всюду пролезет… В глаза братом называл, а за спиной нашептывал правителю, дескать, ворую из казны, дом поставил в три этажа, заводик оружейный, свиноферму… А я просто экономный, как все мы, хоббиты, с жалования откладывал…

Эльсинор отмахивался от клеветы, смеялся даже, я ведь возил лучшие вина из Шира, а он гурман редкий, за обедом мог две бутылки выпить. И за ужином две. Выкушает, бывало, вечером обычную норму, повеселеет, за щеку потреплет, правильный, говорит, ты человек, Чертофф, хоть и хоббит. Очень мы сдружились в ту пору. Обещал преемником назначить, как только в стране все наладится. Но страна дышала на ладан, да и он тоже. Однажды прихожу во дворец, а там плач. Накануне правитель решил три бутылки уговорить вместо двух, и видимо не рассчитал. Утром слуги нашли уже холодного.

По всем раскладам власть должен был я унаследовать, все-таки первый помощник, почти родственник. Но Паутин, хитрая тварь, перед Советом старейшин на меня ушат помоев вывалил. Кроме воровства обвинил в гибели военного отряда на границе с орками, якобы я снабдил его негодным оружием – луками с гнилыми тетивами и нековаными мечами. А я при чем? Да, снабжение шло через мой оружейный заводик, но виноват-то не я, а командир отряда, который все принял под роспись. Мог и не брать, где его глаза были? А так как сам погиб, то и спроса ни с кого нет, правильно? Это если по закону и справедливости. Но ты же знаешь, что люди страшно завидуют нам, хоббитам, нашей свободе и воле, поэтому Совет встал на его сторону. Меня хотели повесить, но благодаря заступничеству, не поверишь – Паутина, заменили на бессрочную каторгу в Пепельных горах. А? Каково? Еще вчера – второй человек в государстве, а сегодня – гниль болотная в мордорских каменоломнях!

Но я не пропал. Стиснул зубы, сделал вид, что смирился, и три года тачку каторжную катал. И все прикидывал, как бы оттуда сбежать. Приятель у меня появился – гном Железноголов, разбойник знатный, купцов роханских по ночам резал на постоялых дворах. Он тайком подкоп вел наверх, а гномы в этих делах хорошо соображают, для них шахта – дом родной. Сговорились вместе держаться, потом еще молодого хоббита Гарри взяли в компанию. И вот через годы страданий, темной ночью, вырвались наружу.

Бежать решили в Эребор, родину Железноголова. Начало было удачным, мы бежали на север, через горные ледники и ущелья по еле видимым в вечной туманной мгле козьим тропам. Гарри с его тонким зрением был для нас отличным поводырем. Три недели мы скитались по горам, запасы продовольствия, прямо как сейчас, закончились. Воды было много, ручьи давали ее с избытком. А вот с живностью в тех горах плохо, недаром их называют Пепельными. Один пепел да камни, на которых растет только хилый козлиный хвощ. Нас не преследовали, ведь те места, считалось, невозможно пройти без мула, навьюченного продовольствием.

- И как же вы выжили, тан капитан? – Бибо заворожено слушал историю.

- Не все, - резко бросил Чертога, - Гарри совсем ослаб. И в одно несчастное утро он не проснулся… Дальше мы шли с Железноголовом вдвоем, у нас сил побольше было, хотя они таяли день ото дня. До Эребора я добрался один, гном тоже не сдюжил, болотная лихорадка доконала. Потом меня его родственники обвинили в… Короче, пришлось и оттуда бежать в Шир, где как раз начались беспорядки. То есть революция. Тут я с Саймоном, в ту пору не колонелем, а простым деревенским конокрадом, и встретился…

- А как же вы справились с голодом? Что ели? – эта мысль интересовала голодного Бибо больше всего.

- Да нашли, понимаешь, в расщелине… мм, козленка, упал дурашка с высоты, разбился. Молоденький такой, сладенький, мясо нежное, - Чертога причмокнул и быстро посмотрел влажными глазами на Хапкиса. – Ладно, что-то я разговорился, давай спать, а то живот крутит от таких мечтаний.

Бибо согласился и прилег в своем углу на соломенный матрац. Уютный запах костра и треск горящих поленьев успокаивал и помогал сдерживать голодные спазмы желудка, не прошло и получаса, как хоббит уснул.

- Гарри! – вдруг тихонько сказал кто-то рядом простуженным голосом. – Гарри, родной, ты здесь?
Бибо резко проснулся. В нескольких ярдах от него стоял капитан, но какой-то странный, как будто сильно пьяный. Его блестящие неподвижные глаза смотрели куда-то мимо юного хоббита.

- Гарри! – еще раз отчетливо произнес Чертога. – Не молчи, я знаю, ты живой, мой мальчик. Да, мы отрезали тебе ногу, но туго перевязали рану, ты не мог умереть. Вчера у нас был славный ужин с Железноголовом. А теперь время обеда, я пришел за второй ногой. Думаю, она будет такая же вкусная и сочная. Ну где ты, сынок? Не заставляй нас ждать, дорога до Эребора длинная, нам нужно хорошо подкрепиться.

Бибо вскочил. До него дошло: Чертога - лунатик. Такое случалось у хоббитов от длительного пребывания в пещерах, видимо, три года каторги не прошли просто так.

Капитан, услышав шум, осторожно потянулся к хоббиту руками. Бибо прижался к стене, бежать было некуда. Чертога подходил все ближе и ближе, хотя широко открытые глаза все еще не видели Хапкиса и блуждали туда-сюда. Бибо застыл, не зная, что предпринять. Рука капитана внезапно схватила его за одежду, хоббит метнулся в сторону, старая ткань куртки не выдержала, и карман с треском порвался. Оттуда вылетело и покатилось по полу кольцо предсказания, осветив пространство яркой оранжевой вспышкой. Чертога сразу очнулся, его недоуменный взгляд сфокусировался на кольце, лицо озарила счастливая улыбка.

- Кольцо! То самое?! Боги смилостивились надо мной! Какая прелесть!

Капитан жадно схватил его и тут же надел на указательный палец. Бибо замер. Кольцо никак не среагировало. Чертога быстро примерил его на оставшиеся пальцы, ничего не произошло, кольцо упрямо молчало. Бибо потихоньку пришел в себя и затараторил первое, что пришло в голову.

- Это фамильная вещь. От бабушки досталась. Храню как талисман.

- Точно? – капитан недоверчиво посмотрел на адъютанта.

- Конечно, тан капитан, зачем мне вас обманывать? - Бибо сказал как можно безмятежнее, хотя сердце готово было вырваться из груди.

- Плохо, - Чертога бросил бесполезную вещицу на пол. – Я уж подумал… А ты чего не спишь, Хапкис?

- Да мне показалось, что кто-то ходит там, у входа в пещеру.

Чертога повернулся, поднял руку, призывая к тишине, и прислушался. Бибо усмехнулся про себя, легко же ему удалось провести капитана. Но тот внезапно подбежал к столу и схватил длинный нож. И очень вовремя! Прямо из темноты выскочил бульдог. Капитан на лету поймал пса за ошейник и хладнокровно ударил ножом прямо в сердце. Пес бестолково заскулил и забился в предсмертной агонии. Чертога молча швырнул его на пол. Но в пещеру запрыгнули еще два, один тут же вцепился в руку, державшую нож, второй – в ногу. За собаками появился ротмистр Рамс, проявивший редкую для его должности отвагу. Он вцепился в свободную ногу Чертоги, суматошно пытаясь повалить капитана. Впрочем, безрезультатно, ведь разница в весе у них была раза в три в пользу Чертоги. А капитан не терял времени даром и уже почти перекинул нож в левую руку.

Можно было не сомневаться, еще немного и Рамса с собаками постигнет судьба погибшего пса. К счастью для офицера-цензора в пещеру вбежали около полудюжины запыхавшихся гвардейцев с копьями.

- Бейте его! - истерично завизжал Рамс. – Бейте!

Чертога, перехвативший нож другой рукой, несколько раз ударил собак. Но четыре копья уже пронзили массивное тело.

- Проклятый лорд! – только и успел процедить залитый кровью Чертога, перед тем как упасть. – Продал!

Бибо вскрикнул, обратив на себя внимание. Ротмистр, еще не отошедший от схватки, вперился в его лицо, слабо освещаемое костром.

- Ты? Изме-е-енник! – ласково затрепетал он. - Вот я тебя и нашел! Взять!

Бибо понял, что надо бежать, но не мог сдвинуться, хищный паучий взгляд Рамса ввел беглеца в ступор. А гвардейцы, меж тем, неспешно приближались. «Это конец», - подумал хоббит.

Внезапно кольцо, лежащее на полу, задрожало и вспыхнуло зеленым светом. Гвардейцы, распахнув от изумления глаза, застыли на месте. «Зеленые грибы», - пронеслось в голове Хапкиса, и ноги сами собой распрямились. Бибо схватил кольцо и помчался в глубину пещеры, в катакомбы контрабандистов.

«Держи его», - неслись вдогонку слова Рамса, но Бибо уже не остановить. Он бежал со всех ног, бежал так, как не бежал никогда, полностью отключив сознание. Он не видел вокруг ничего, ни сколопендр, ни пауков, которые пугали во время прошлого перехода через пещеры. В голове крутилось только: зеленое, зеленое, зеленое… Так мозг отмечал светящиеся грибы. Бибо не мог сказать точно, сколько бежал, время перестало существовать до того момента, пока яркий дневной свет не заполонил собой последнюю пещеру. Хоббит выскочил на площадку, где лежала веревочная лестница.

Странно, но страха высоты не было. Бибо посмотрел вниз и ничего не почувствовал, вообще ничего, как будто это был не он, не вечно трусливый Бибо Хапкис, дрожащий по любому поводу. Одним движением отправил лестницу к основанию горы и стал ловко спускаться.

В голове пронеслось: что дальше? Возвращаться в батальон бессмысленно. Никто не поверит, что не изменял, повесят без разговоров. А куда? Ну, конечно, домой, в родной Хоббитон! Там в норе, за отхожим местом, закопано фамильное наследство – больше двухсот золотых дукатов. Бибо вспомнил беседу Лашкована и Саймона - мастер Паришон может стать новым властителем! Он спасет, обязательно спасет, ведь Бибо – почти чиф группы его художников. Кинуться в ноги, не откажет, защитит. А уж я пятьдесят, нет, сто дукатов поднесу в качестве благодарности. Эти мысли несколько успокоили Хапкиса и дали ему точку опоры в дальнейших действиях.

(продолжение, часть 9)